Власть колдуна [= Остров в Лантике ] - Игорь Пронин

После утомительного путешествия по пустотам в стене, Хью опять оказался на крыше. Как он и надеялся, проведать про это райское местечко бьющимся в бесконечных лабиринтах Дома воинам не удалось, и все Хозяйки, прихватив с собой наиболее ценное барахло, любовались видом горящего города. Делали они это, правда, украдкой, из-за зарослей кустов: с вершины Королевской Горы и с колокольни Бахамского Храма их могли заметить.

- Дана, перестань злиться. Я же обещал привезти тебе флягу напитка бессмертия? Значит привезу, просто подожди немного.

- Я не могу ждать, - нахмурилась старуха. -Я слишком стара.

- Ну, здоровье-то у тебя еще ничего, я же видел ваши развлечения, - хохотнул Хью и занялся набиванием трубки. - Сама видишь, что творится... Может быть, и ни к чему тебе теперь этот напиток, а? Знаешь такую сказку: "Живет за морем Нечистый, на Большой Земле".

- Знаю я эту сказку... - вздохнула Дана. - Непонятно только, откуда ты ее вычитал. Совет Кюре запретил ее переписывать.

- Так может ты знаешь и того, кто ее сочинил? - насторожился Грамон.

- Знала. Он был совсем ненормальный, только за то его и терпели, что болтал всякую забавную чепуху. Давно это было, лет сорок назад... Девки где-то в кабаках нашли его и привели переночевать. Он говорил, что рыбак, приплыл с Большой Земли, а больше и понять ничего было нельзя. Сказки сочинял чудные какие-то... Про колдуна, только колдун вроде как помер, пока их в лодке к нам несло. Потом пришли люди из Совета Кюре и забрали рыбака. А он, придурок, даже за постой с нами расплатился.

- Чем?

- Амулетом. На удивительной, кстати говоря, цепочке, да и сама штучка не нашей работы... Кругленькая такая.

- Продай, - сразу предложил Хью, сам не зная почему.

- Если найду, - засомневалась старуха. - А сколько дашь? Десять золотых.

- Пять, - Хью стал не спеша разжигать трубку. - Ты кстати не знаешь, сколько стражников осталось в Бахаме?

- Я тебе сейчас его покажу, этот амулет, так ты увидишь, что десять - это недорого, - Дана поднялась и начала копаться в выброшенных на крышу сундуках с тряпками. - А стражников сам считай.

Семь золотых пришлось отдать Грамону за заморскую поделку. На толстой, голубоватого отлива цепочке намертво крепился увесистый металлический кругляш. Как ни пытался Хью открыть непонятный предмет, половинки разделяться не хотели. Тогда счастливый обладатель совершенно бесполезной вещи нацепил ее на шею и вдруг почувствовал странный покой. В испуге Хью тут же содрал с себя приобретение.

- Что с тобой? - засмеялась Дана, очень довольная сделкой.

- Сам не пойму... - нахмурился Грамон. - А ты это одевала?

- А как же, и не я одна. Ничего с нами не случилось. Ты бы, господин, не задерживался, а вспомнил все-таки про наш уговор. В городе тебя теперь никто не тронет, отправляйся ради Матери-Девы в джунгли. Обгонишь по дороге армию, вот и скажешь Джо, что пришел предупредить, а он тебя отблагодарит.

- Умна ты, Хозяйка, на крыше сидя, - проворчал Грамон, но спорить не стал и направился к лестнице, ведущей во внутренние покои.

- Кло! - закричала за его спиной старуха. - Проводи господина кюре, а то заблудится!

3

Оставшись один, Джезекия первым делом обошел вдоль стен лачуги, сложенных из тростника, и заглянул в каждую щель. Он вовсе не собирался убегать, просто состояние вечной тревоги делало его нервным. Дорога с Ривом и Джуном оказалась дольше, чем они сами предполагали. Встретившиеся люди, назвавшиеся посланниками колдуна в цилиндре, приказали идти сначала на Розовое болото. Прибыв на место, кюре и крестьянин застали там не менее сотни людей всех рангов и сословий. Больше всего пугали Джезекию звуки тамтамов, день и ночь доносившиеся из джунглей.

Внешне ничего не происходило. Люди охотились, разводили на ночь костры, приходили и уходили, но во всем чувствовалось напряженное ожидание. Вот и Риы с Джуном чего-то ждали, вслушиваясь в звуки барабанов. Джезекия не сразу понял, что беспорядочный ритм на самом деле передает по джунглям новости и распоряжения какого-то неведомого начальника всех этих людей.

И только два дня назад, ночью, кюре услышали что-то, относящееся к ним. Они разбудили крестьянина и повели сквозь джунгли. Джезекия опять натерпелся страху - на Большой Земле никому бы и в голову не пришло путешествовать в темноте, разве что эливенерам. Но на острове, похоже, почти не было хищников, опасных для человека. И вот теперь путники оказались в странной, будто наскоро построенной деревне почти без жителей. Или, может быть, они прятались от Джезекии?

Рив, а потом и Джун вышли, предупредив, что скоро придет тот, что поможет Джезекии избавиться от заклятия С'Коллы. Крестьянин и радовался, и боялся. Ведь чтобы снять заклятие одного колдуна, нужен другой, еще более страшный и могучий. За спиной крестьянина раздался ехидный смех. Джезекия подпрыгнул от ужаса и обернулся.

Перед ним стоял невысокий, но будто способный вытягиваться человек. Все его тело находилось в постоянном движении, изгибаясь то в одну, то в другую сторону, руки же и вовсе выписывали в воздухе странные кренделя. Он был одет в чистые белые штаны и рубаху, очень похожие на те, что носили в деревне Джезекии. Черную кожу лица густо покрывала белая краска, а на совершенно седые, но удивительно пышные, хотя и прямые волосы была нахлобучена высокая черная шляпа с крохотными полями.

- Вот кто ко мне пришел! - пропел тоненьким, чистым голоском колдун. - Вот кто навестил старого Джо! А зачем?

- Мне рот запечатали, чтоб не болтал... - выпалил Джезекия. - Вот и, значит, господа кюре меня привели...

- Всем бы такую болезнь! - подпрыгнул Джо Салижар. - Ну давай смотреть, раз пришел. Показывай печать!

- Какую еще печать? - не понял крестьянин.

Но не успел он договорить, как Джо пригнул на него и ухватился обеими длинными руками за челюсти. Не успел Джезекия и вскрикнуть, как колдун уже раскрыл его рот на фут. Этого не могло быть, но крестьянин видел, как Джо по пояс забрался к нему в горло.

- Желудок... Сердце... - бормотал он. - Печень, селезенка... Ничего не понимаю, где же печать?..

Стены хижины закружились вокруг Джезекии, он почувствовал, что падает. Все его внутренности горели огнем, холодные длинные пальцы нестерпимо щекотали. Джо продолжал недовольно бормотать, забираясь все глубже. Джезекия хотел вскрикнуть, хотел ухватиться за исчезающие в горле босые черные ноги, но не мог, а только размахивал руками, стараясь хоть за что-то уцепиться. А потом его рот вдруг закрылся. Он был один.

Джезекия быстро ощупал живот. Показалось, что там что-то шевелится, одновременно кольнуло в ноге. Крестьянин припомнил молитву, зашептал одними губами, готовясь покинуть этот мир навсегда. Перед его глазами медленно крутилась камышовая крыша, и еще что-то черное. Проморгавшись, он заметил под черным белые волосы.